Техническая поддержка 24х7:
Москва
Центральный офис:
Контакты Дилеры
онлайн-справочник

Заключение Суда Евразийского экономического союза от 31.10.2019 № СЕ-2-2/4-19-БК

Разъяснение по вопросу применения в государствах ЕАЭС положений техрегламента ТС "О безопасности колесных транспортных средств"
'
Консультативное заключение
Суда Евразийского экономического союза
от 31 октября 2019 г. N СЕ-2-2/4-19-БК

 

Большая коллегия Суда Евразийского экономического союза в составе:

председательствующего Баишева Ж.Н.,

судьи-докладчика Туманяна А.Э.,

судей Ажибраимовой А.М., Айриян Э.В., Колоса Д.Г., Нешатаевой Т.Н., Сейтимовой В.Х., Скрипкиной Г.А., Федорцова А.А., Чайки К.Л.,

при секретаре судебного заседания Малашко А.П.,

исследовав материалы дела, заслушав судью-докладчика,

руководствуясь пунктами 46, 47, 50, 68, 69, 73 - 75, 96, 98 Статута Суда Евразийского экономического союза, статьями 14, 19, 72, 75, 85 Регламента Суда Евразийского экономического союза,

предоставляет следующее консультативное заключение по заявлению Евразийской экономической комиссии о разъяснении положений Договора о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года.

 

1. Вопрос заявителя

Евразийская экономическая комиссия (далее - Комиссия, Заявитель, ЕЭК) обратилась в Суд Евразийского экономического союза (далее - Суд) с заявлением о разъяснении положений Договора о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года.

В заявлении указывается, что в ходе осуществления мониторинга и контроля исполнения государствами - членами Евразийского экономического союза положений Договора о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года (далее - Договор) и решений Комиссии в сфере технического регулирования выявлена различная практика применения в государствах-членах положений технического регламента Таможенного союза "О безопасности колесных транспортных средств" (ТР ТС 018/2011), утвержденного Решением Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 года N 877 (далее - ТР ТС 018/2011), в части регулирования вопросов получения физическими лицами документов об оценке соответствия в отношении транспортных средств, ввозимых на таможенную территорию Союза для личного пользования.

В соответствии с пунктом 69 ТР ТС 018/2011 в ходе проведения оценки соответствия единичных транспортных средств, ввозимых на таможенную территорию Союза, в качестве заявителя выступает изготовитель транспортного средства или его уполномоченный представитель, действующий от его имени, либо лицо, осуществляющее ввоз транспортного средства на таможенную территорию Союза (в том числе физическое лицо, ввозящее транспортное средство для личного пользования), или его представитель.

Включение физических лиц, ввозящих транспортные средства для личного пользования, в круг заявителей при проведении процедур оценки соответствия, как разъясняет Заявитель, обусловлено необходимостью обеспечения безопасности ввозимых транспортных средств, используемых на дорогах общего пользования на территории Союза (в частности, исключения ввоза "автомобилей-конструкторов"; транспортных средств, не предназначенных для единого рынка Союза и т.д.).

В пункте 70 ТР ТС 018/2011 предусмотрено, что процедура оценки соответствия единичных транспортных средств (вне зависимости от цели ввоза) состоит из ряда этапов, включающих в себя, в том числе, проведение технической экспертизы конструкции транспортного средства. В завершение указанных процедур заявителям (в том числе физическим лицам) выдается свидетельство о безопасности конструкции транспортного средства.

Вместе с тем, Комиссией было установлено, что в Республике Беларусь указанные положения технического регламента не применяются, так как, по мнению Государственного комитета по стандартизации Республики Беларусь, в соответствии с Договором физическое лицо не может быть заявителем при осуществлении оценки соответствия требованиям ТР ТС 018/2011 единичных транспортных средств, ввозимых на таможенную территорию Союза для личного пользования.

Заявитель отмечает, что в качестве обоснования такого подхода Республика Беларусь ссылается на содержание абзаца шестого пункта 5 Протокола о техническом регулировании в рамках Евразийского экономического союза (приложение N 9 к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года) (далее - Протокол), в котором, по ее мнению, устанавливается круг лиц, являющихся заявителями при оценке соответствия, и в который не входят физические лица, ввозящие товары на таможенную территорию Союза для личного пользования.

Согласно положениям пункта 5 Протокола при оценке соответствия заявителем могут быть зарегистрированные на территории государства-члена в соответствии с его законодательством юридическое лицо или физическое лицо в качестве индивидуального предпринимателя, являющиеся изготовителем или продавцом либо уполномоченным изготовителем лицом. При этом абзац седьмой пункта 5 Протокола предусматривает, что круг заявителей при оценке соответствия устанавливается в соответствии с техническим регламентом Союза.

В заявлении указывается, что другие государства-члены придерживаются иного подхода и полагают, что с учетом положений статей 52 и 53 Договора любая продукция, в отношении которой установлены обязательные требования, должна быть безопасной и может выпускаться в обращение только после прохождения процедур оценки соответствия. При этом Заявитель ссылается на письмо Министерства промышленности и торговли Российской Федерации, в котором отмечается, что "в связи с отсутствием возможности учесть в Договоре особенности всех форм оценки соответствия, предусмотренных в конкретных технических регламентах, пункт 5 Протокола также допускает, что круг заявителей при оценке соответствия устанавливается в соответствии с техническим регламентом Союза".

Таким образом, в настоящее время в государствах-членах существует два различных подхода к применению положений пункта 5 Протокола в части определения круга лиц, имеющих право быть заявителями при проведении процедур оценки соответствия.

На основании изложенного Заявитель просит Суд Евразийского экономического союза разъяснить: следует ли из взаимосвязанного прочтения положений пунктов 1 и 2 статьи 53 Договора, абзацев шестого и седьмого пункта 5 Протокола, что перечень лиц по субъектному критерию (юридическое лицо, индивидуальный предприниматель), которые могут быть заявителями при оценке соответствия, может изменяться (или дополняться) в соответствующем техническом регламенте Союза в зависимости от объекта технического регулирования и необходимости обеспечения защиты жизни и здоровья человека.

 

2. Процедура в Суде

Согласно пункту 68 Статута Суда порядок рассмотрения дел о разъяснении определяется Регламентом Суда Евразийского экономического союза, утвержденным решением Высшего Евразийского экономического совета от 23 декабря 2014 года N 101 (далее - Регламент Суда).

В рамках подготовки дела о разъяснении к рассмотрению в порядке статьи 75 Регламента Суда направлены запросы и получены ответы от Министерства юстиции Республики Армения, Министерства юстиции Республики Беларусь, Министерства юстиции Кыргызской Республики, Министерства юстиции Российской Федерации, Белорусского государственного университета, Ереванского государственного университета, Института законодательства и правовой информатизации Республики Казахстан, Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, Казанского (Приволжского) федерального университета, Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина.

 

3. Выводы Суда

Руководствуясь пунктом 50 Статута Суда, Большая коллегия Суда осуществляет разъяснение положений Договора в их системной взаимосвязи между собой на основе общепризнанных принципов и норм международного права с учетом положений статьи 31 Венской Конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 года.

1. Пункт 1 статьи 51 Договора устанавливает принципы, в соответствии с которыми осуществляется техническое регулирование в рамках Союза.

Бланкетная норма пункта 3 статьи 51 Договора определяет, что порядок, правила и процедуры технического регулирования в рамках Союза устанавливаются согласно приложению N 9 к настоящему Договору.

Согласно пункту 2 Протокола "техническое регулирование" - правовое регулирование отношений в области установления, применения и исполнения обязательных требований к продукции или к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации, а также правовое регулирование отношений в области оценки соответствия. В свою очередь понятие продукции, согласно норме-определению пункта 2 Протокола, определяется как результат деятельности, представленный в материально-вещественной форме и предназначенный для дальнейшего использования в хозяйственных и иных целях.

Таким образом, по мнению Большой коллегии Суда, техническое регулирование связано с разработкой и использованием технико-юридических норм в целях упорядочения отношений в сферах производства и обращения продукции.

2. Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 52 Договора в целях защиты жизни и (или) здоровья человека, имущества, окружающей среды, жизни и (или) здоровья животных и растений, предупреждения действий, вводящих в заблуждение потребителей, а также в целях обеспечения энергетической эффективности и ресурсосбережения в рамках Союза принимаются технические регламенты.

Запретительная норма абзаца второго пункта 1 статьи 52 Договора не допускает принятие технических регламентов Союза в иных целях.

Пункт 2 Протокола определяет, что технический регламент Союза - это документ, принятый Комиссией и устанавливающий обязательные для применения и исполнения на территории Союза требования к объектам технического регулирования.

Вопросы определения порядка разработки и принятия технических регламентов Союза, а также порядка внесения в них изменений и отмены определяются Комиссией.

В положениях Договора не уточняется вид акта Комиссии, в форме которого принимается технический регламент Союза. Однако анализ всей совокупности норм раздела X Договора, приложений N 1 (Положение о Евразийской экономической комиссии) и N 9 (Протокол о техническом регулировании в рамках Евразийского экономического союза) к нему показывает, что таковыми могут быть только решения Евразийской экономической комиссии, которые имеют нормативно-правовой характер, т.е. устанавливают общеобязательные, формально-определенные правила поведения, из которых вытекают права и обязанности участников общественных отношений, чьи действия данные правила призваны регулировать в качестве образца поведения.

3. Абзац четвертый пункта 1 статьи 52 Договора устанавливает, что технические регламенты Союза или национальные обязательные требования действуют только в отношении продукции, включенной в единый перечень, который утверждается Комиссией. Согласно абзацу шестому пункта 1 статьи 52 Договора государства-члены не допускают установление в своем законодательстве обязательных требований в отношении продукции, не включенной в единый перечень.

Большая коллегия Суда полагает, что целью формирования и ведения единого перечня продукции, в отношении которой устанавливаются обязательные требования в рамках Союза, и принятие в отношении данной продукции технических регламентов Союза является преодоление технических барьеров торговле товарами в ЕАЭС и свидетельствует об унификации технического регулирования, предполагающей замену национальных технических регламентов техническими регламентами ЕАЭС.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 6 Договора утверждаемые решением Комиссии технические регламенты Союза входят в право Союза и не должны противоречить положениям Договора. В силу нормы пункта 13 Положения о Евразийской экономической комиссии (приложение N 1 к Договору) технические регламенты имеют нормативно-правовой характер, обязательны для государств-членов и подлежат непосредственному применению на территориях государств-членов. Кроме этого, согласно норме абзаца первого пункта 2 статьи 52 Договора они имеют прямое действие на территории Союза.

4. Абзац первый пункта 1 статьи 53 Договора содержит императивное предписание о том, что "продукция, выпускаемая в обращение на территории Союза, должна быть безопасной".

При этом согласно норме-определению пункта 2 Протокола, безопасность - это "отсутствие недопустимого риска, связанного с возможностью причинения вреда и (или) нанесения ущерба".

Большая коллегия Суда считает необходимым отметить, что требование о безопасности носит общий характер и относится ко всей продукции, выпускаемой в обращение независимо от включения ее в единый перечень и наличия в ее отношении соответствующего технического регламента.

Что касается продукции, требования к которой не установлены техническими регламентами Союза, то согласно абзацу второму пункта 2 статьи 53 Договора правила и порядок обеспечения ее безопасности и обращения определяются международным договором в рамках Союза.

5. Согласно абзацу первому пункта 2 статьи 53 Договора продукция, в отношении которой вступил в силу технический регламент Союза (технические регламенты Союза), выпускается в обращение на территории Союза при условии, что она прошла необходимые процедуры оценки соответствия, установленные техническим регламентом Союза (техническими регламентами Союза).

Из данной правовой нормы следует, что выпуску продукции в обращение предшествует процедура оценки соответствия, установленная техническим регламентом. Этот вывод подтверждается также положением нормы абзаца четвертого пункта 5 Протокола, согласно которому оценка соответствия выпускаемой в обращение продукции требованиям технических регламентов Союза осуществляется до выпуска ее в обращение.

Вместе с тем, процедура оценки соответствия сама по себе предопределяет выпуск продукции в обращение. Это значит, что продукция не может быть выпущена в обращение без соответствующего заключения на ее соответствие требованиям технического регламента Союза. Под выпуском продукции в обращение в пункте 2 Протокола понимается ее поставка, ввоз (в том числе отправка со склада изготовителя или отгрузка без складирования) с целью распространения на территории Союза в ходе коммерческой деятельности на безвозмездной или возмездной основе. Из этого следует, что отсутствие у поставщика (лица, осуществляющего ввоз) продукции, входящей в единый перечень, в отношении которой действует технический регламент Союза, цели распространения этой продукции на территории Союза в ходе коммерческой деятельности не предполагает проверку продукции на соответствие требованиям технического регламента.

Оценка соответствия объектов технического регулирования, устанавливаемая в технических регламентах Союза, согласно абзацу первому пункта 5 Протокола проводится в формах регистрации (государственной регистрации), испытаний, подтверждения соответствия, экспертизы и (или) в иной форме. Обязательное подтверждение соответствия осуществляется в формах декларирования соответствия и сертификации (абзац второй пункта 5 Протокола).

Для объектов технического регулирования, в отношении которых не вступили в силу технические регламенты Союза, в соответствии с абзацем первым пункта 3 Протокола действуют нормы законодательства государств-членов или актов Комиссии.

6. Для ответа на вопрос, поставленный Заявителем, Большая коллегия Суда считает необходимым уяснить само понятие коммерческой деятельности, а также круг субъектов, которые вправе ею заниматься, а, значит, и быть заявителями при оценке соответствия.

Коммерческая деятельность в данном случае является синонимом предпринимательской деятельности, осуществление которой по законодательству государств - членов Евразийского экономического союза возможно только с момента регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя или создания юридического лица.

На основе анализа соответствующих положений гражданского законодательства государств-членов Большая коллегия Суда констатирует, что предпринимательской (коммерческой) является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Субъектами предпринимательской деятельности являются юридические лица и физические лица, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей.

На основе вышеизложенного применительно к рассматриваемому вопросу, Большая коллегия Суда констатирует, что при оценке соответствия заявителями могут быть только субъекты, которые по смыслу нормы-определения пункта 2 Протокола занимаются поставкой или ввозом продукции с целью ее распространения на территории Союза в ходе коммерческой деятельности, то есть юридические лица и индивидуальные предприниматели.

Из этого следует, что физические лица, ввозящие единичные товары для личного пользования, не могут быть заявителями при оценке соответствия.

7. Согласно абзацу шестому пункта 5 Протокола при оценке соответствия заявителем могут быть зарегистрированные на территории государства-члена в соответствии с его законодательством юридическое лицо или физическое лицо в качестве индивидуального предпринимателя, являющиеся изготовителем или продавцом либо уполномоченным изготовителем лицом.

Из анализа данной правовой нормы следует, что круг субъектов, обладающих правом подавать заявление на оценку соответствия продукции, ограничен двумя категориями лиц: юридическими лицами, физическими лицами в качестве индивидуального предпринимателя, к которым предъявляются следующие обязательные требования:

они должны быть зарегистрированы на территории государства-члена в соответствии с его законодательством;

они должны являться изготовителем или продавцом, либо уполномоченным изготовителем лицом.

При этом, такой субъект, как лицо, уполномоченное изготовителем, согласно норме-определению пункта 2 Протокола также является зарегистрированным в установленном законодательством государства-члена порядке на его территории юридическим лицом или физическим лицом в качестве индивидуального предпринимателя, которые на основании договора с изготовителем, в том числе иностранным изготовителем, осуществляют действия от имени этого изготовителя при оценке соответствия и выпуске в обращение продукции на территории Союза, а также несут ответственность за несоответствие продукции требованиям технических регламентов Союза.

Таким образом, нормой абзаца шестого пункта 5 Протокола круг лиц, которые могут подавать заявление на оценку соответствия, ограничен только юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями.

8. Абзацем седьмым пункта 5 Протокола определено, что круг заявителей при оценке соответствия устанавливается в соответствии с техническим регламентом.

Из смысла данной правовой нормы следует, что в соответствующем техническом регламенте Союза из числа субъектов, отмеченных в абзаце шестом пункта 5 Протокола, уточняется (детализируется) субъектный состав лиц, подающих заявление, исходя из конкретного вида и свойств продукции, являющейся объектом технического регулирования, и применительно к конкретной форме оценки соответствия. Так, согласно пункту 25 Технического регламента Таможенного союза 018/2011 "О безопасности колесных транспортных средств", если транспортные средства (шасси) изготавливаются на единой таможенной территории Таможенного союза, то заявителем при проведении одобрения типа может быть зарегистрированный в соответствии с законодательством государства - члена Таможенного союза и являющийся резидентом этого государства изготовитель, которому был присвоен международный идентификационный код изготовителя транспортного средства, или официальный представитель изготовителя, действующий от его имени. Изготовитель, не являющийся резидентом государства - члена Таможенного союза, назначает в каждом государстве - члене Таможенного союза своего представителя, несущего совместно с изготовителем ответственность за обеспечение соответствия выпускаемой в обращение продукции, прошедшей одобрение типа, требованиям технического регламента. Представителем изготовителя является юридическое лицо, зарегистрированное в соответствии с законодательством государства - члена Таможенного союза и являющееся его резидентом.

Большая коллегия Суда отмечает, что, наделяя изготовителя, продавца или уполномоченное изготовителем лицо правом быть заявителем при проведении оценки соответствия продукции требованиям технического регламента Союза, Договор (Протокол) исходит из того, что момент выпуска в обращение может быть связан не только с переходом прав на продукцию в связи с отправкой со склада изготовителя или отгрузки без складирования, но и с ввозом ее или поставкой с целью распространения на территории Союза в ходе коммерческой деятельности на безвозмездной или возмездной основе. Указание на осуществление коммерческой деятельности при выпуске продукции в обращение ограничивает круг субъектов, обладающих правом подачи заявления на оценку соответствия.

Иное толкование, подразумевающее, что абзац седьмой пункта 5 Протокола позволяет дополнить в техническом регламенте Союза субъектный состав нормы, установленной абзацем шестым данного пункта, фактически лишает сам абзац шестой полезного действия, поскольку его отсутствие при подобном толковании никак не влияет на результат правового регулирования правоотношения.

Большая коллегия Суда утверждает, что абзац шестой пункта 5 Протокола имеет самостоятельный смысл - субъектами процедуры оценки соответствия могут быть только профессиональные участники рынка - юридические лица и индивидуальные предприниматели. Этот вывод в полной мере соответствует положениям абзаца первого пункта 2 статьи 53 Договора и пункта 2 Протокола в части вопроса выпуска в обращение продукции, которая поставляется, ввозится с целью распространения в ходе коммерческой деятельности, а также в части государственного контроля за соблюдением технических регламентов, который направлен на предупреждение, выявление и пресечение нарушений требований технических регламентов:

юридическими лицами, их руководителями и иными должностными лицами;

физическими лицами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей;

их представителями.

Положение нормы пункта 6 Протокола о том, что продукция, соответствующая требованиям технических регламентов Союза, прошедшая процедуры оценки соответствия, подлежит обязательной маркировке единым знаком обращения продукции на рынке Союза, которая должна быть нанесена на русском языке и при наличии соответствующих требований в законодательстве государств-членов на государственном (государственных) языке (языках) государства-члена, на территории которого реализуется продукция, также распространяется только на товары, подлежащие выпуску в обращение и реализации на территории Союза либо на территории государства-члена (на языке которого наносится маркировка), и не предполагает обязательную маркировку единым знаком обращения продукции на рынке Союза единичных товаров, не предназначенных для реализации. Этот факт еще раз подтверждает вывод о том, что физические лица, ввозящие товары для личного пользования, не являются субъектами подачи заявления на оценку соответствия продукции тому либо иному техническому регламенту Союза.

9. С учетом изложенного, Большая коллегия Суда считает обоснованным следующий вывод.

Из взаимосвязанного прочтения положений пунктов 1 и 2 статьи 53 Договора, абзацев шестого и седьмого пункта 5 Протокола следует, что круг заявителей при оценке соответствия устанавливается техническим регламентом из числа лиц, указанных в абзаце шестом пункта 5 Протокола, в зависимости от особенностей объекта технического регулирования.

 

4. Заключительные положения

Копию настоящего консультативного заключения направить заявителю.

Текст консультативного заключения опубликовать на официальном интернет-сайте Суда.

 

Председательствующий
Ж.Н.Баишев

 

Судьи
А.М.Ажибраимова
Э.В.Айриян
Д.Г.Колос
Т.Н.Нешатаева
В.Х.Сейтимова
Г.А.Скрипкина
А.Э.Туманян
А.А.Федорцов
К.Л.Чайка

 

 

ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ НЕШАТАЕВОЙ Т.Н.
 
(31 октября 2019 года)

 

Категорически не соглашаюсь с мотивировочной частью консультативного заключения по делу по заявлению Евразийской экономической комиссии (далее - ЕЭК, Комиссия) о разъяснении пунктов 1, 2 статьи 53 Договора о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года (далее - Договор), абзацев 6, 7 пункта 5 Протокола о техническом регулировании в рамках Евразийского экономического союза (приложение N 9 к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года; далее - Протокол) и в соответствии с пунктом 1 статьи 79 Регламента Суда Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Высшего Евразийского экономического совета от 23 декабря 2014 года N 101, заявляю особое мнение.

Полагаю, что вынесенное консультативное заключение Суда Евразийского экономического союза (далее - Суд) от 31 октября 2019 года следует оценивать во взаимосвязи с консультативным заключением от 16 октября 2019 года, так как оба акта рекомендуют ввести изъятия из права Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС, Союз).

При этом консультативным заключением от 31 октября 2019 года отдельному государству Союза, Республике Беларусь, рекомендовано воздержаться от исполнения обязательств по вопросам оценки соответствия, закрепленных в техническом регламенте Таможенного союза "О безопасности колесных транспортных средств" (ТР ТС 018/2011), утвержденного решением Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 года N 877 (далее - ТР ТС 018/2011), что явно вторгается в компетенцию Союза, так как в абзаце 7 пункта 5 Протокола прямо предписано, что круг заявителей при оценке соответствия устанавливается в соответствии с техническим регламентом Союза, который принимается Комиссией.

К сожалению, Суд отказался от юридического толкования и осуществил разъяснение экономических терминов (коммерческая деятельность, обращение продукции) вне правовых категорий, что и привело к установлению очередного изъятия из права Союза - рекомендовано допускать выпуск в гражданско-правовой оборот несертифицированной продукции.

1. В обоснование своей позиции отмечаю, что подпунктом 2) пункта 1 статьи 51 Договора предусмотрено, что техническое регулирование в рамках Союза осуществляется в соответствии с принципом установления единых обязательных требований в технических регламентах Союза.

Подчеркиваю: технические регламенты различаются в зависимости от технических характеристик продукции (например, к косметическим товарам применяются иные требования, чем те, которые установлены применительно к источникам повышенной опасности).

Абзацем 3 пункта 1 статьи 52 Договора установлено, что порядок разработки и принятия технических регламентов Союза, а также порядок внесения в них изменений и отмены определяются Комиссией.

Из пункта 2 статьи 52 Договора следует, что технические регламенты Союза имеют прямое действие на территории Союза.

Подпунктом 3) пункта 3 Положения о Комиссии (приложение N 1 к Договору) установлено, что Комиссия осуществляет свою деятельность, среди прочего, в сфере технического регулирования.

Следовательно, Договором закреплено, что Комиссией в Союзе реализуется единая политика в сфере технического регулирования, а технические регламенты действуют в государствах - членах Союза напрямую, без необходимости издания национальных актов. При этом ответственность за несоблюдение технических регламентов физические и юридические лица несут по национальному праву.

Статья 2 Договора исходит из того, что "единая политика" - политика, осуществляемая государствами-членами в определенных ими сферах, предусмотренных настоящим Договором, предполагающая применение государствами-членами унифицированного правового регулирования, в том числе на основе решений органов Союза в рамках их полномочий.

Как следует из консультативного заключения Суда от 4 апреля 2017 года, для отнесения определенной сферы к единой политике необходимо соответствие следующим условиям: 1) наличие унифицированного правового регулирования; 2) передача государствами-членами компетенции в данной сфере органам Союза в рамках их наднациональных полномочий.

Одновременно ни Договор, ни практика Суда не содержат возможности отхода (изъятий) от единого регулирования Союза после передачи Союзу регулирующей компетенции.

В том случае, если государство не выполняет обязательства, составляющие единую политику Союза, и развивает свою компетенцию в обход Договора, оно нарушает международный договор, а именно - абзац 2 статьи 3 Договора, то есть использует меры, способные поставить под угрозу достижение целей Союза.

2. Пунктом 1 статьи 53 Договора предусмотрено, что продукция, выпускаемая в обращение на территории Союза, должна быть безопасной.

Правила и порядок обеспечения безопасности и обращения продукции, требования к которой не установлены техническими регламентами Союза, определяются международным договором в рамках Союза.

Следовательно, целью технического регулирования в Союзе является установление правил, гарантирующих безопасность продукции, то есть отсутствие недопустимого риска, связанного с возможностью причинения вреда и (или) нанесения ущерба (пункт 2 Протокола).

Способ реализации указанной цели правового регулирования закреплен в пункте 2 статьи 52 Договора, согласно которому продукция, в отношении которой вступил в силу технический регламент Союза (технические регламенты Союза), выпускается в обращение на территории Союза при условии, что она прошла необходимые процедуры оценки соответствия, установленные техническим регламентом Союза (техническими регламентами Союза).

Таким образом, норма пункта 2 статьи 52 Договора предусматривает, что выпуск продукции в обращение зависит от того, прошла ли она соответствующие процедуры оценки соответствия, которые установлены техническим регламентом Союза.

При этом императивная норма пункта 2 статьи 52 Договора, акта, обладающего высшей юридической силой в Союзе, не предусматривает, что решение вопроса о безопасности продукции может зависеть от статуса заявителя в процедуре оценки соответствия. Статус заявителя не определяет безопасность продукции.

3. Относительно спорной нормы, содержащейся в абзаце 6 пункта 5 Протокола, отмечаю, что в диспозиции данной нормы установлено, что при оценке соответствия заявителем могут быть зарегистрированные на территории государства-члена в соответствии с его законодательством юридическое лицо или физическое лицо в качестве индивидуального предпринимателя, являющиеся изготовителем или продавцом либо уполномоченным изготовителем лицом.

Одновременно абзацем 7 пункта 6 Протокола предписывается, что круг заявителей устанавливается в соответствии с техническим регламентом Союза.

Правила юридической техники свидетельствуют, что "нормативные высказывания в любой сфере правового регулирования оформляются в виде распространенных повествовательных предложений, которые содержат явное или подразумеваемое "должно быть"..." (Губаева Т.В. Язык и право. Искусство владения словом в профессиональной юридической деятельности. М.: Норма; Инфра-М, 2010. С. 37 - 38).

Поскольку в диспозиции нормы, закрепленной в абзаце 6 пункта 5 Протокола, содержится глагол "могут быть", данная норма лишена обязательности ("должно быть"). Данный вывод также подтверждается тем, что абзацем 7 пункта 6 Протокола установлено, что круг заявителей устанавливается в соответствии с техническим регламентом Союза.

Следовательно, взаимосвязанное прочтение норм абзацев 6 и 7 пункта 5 Протокола свидетельствует о том, что конструкция "могут быть" предполагает диспозитивность нормы абзаца 6 пункта 5 Протокола, Комиссия при этом вправе установить круг заявителей самостоятельно.

При составлении ТР ТС 018/2011 Комиссия учла, что осуществлять ввоз транспортных средств на территорию Союза могут также и физические лица, и реализовала норму абзаца 6 пункта 5 Протокола в пунктах 68 - 71 ТР ТС 018/2011. Так, пункт 69 ТР ТС 018/2011 предусматривает, что в качестве заявителя при процедуре оценки соответствия единичных транспортных средств выступает изготовитель транспортного средства или его уполномоченный представитель, действующий от его имени, либо лицо, осуществляющее ввоз транспортного средства на единую таможенную территорию Таможенного союза, или его представитель (то есть в том числе и физические лица).

4. В настоящее время общепризнано, что любые колесные транспортные средства (в частности, автомобили) являются источником повышенной опасности независимо от какой-либо квалификации в нормах материального права, что обуславливает необходимость применения норм технического регулирования к данной категории товаров.

Однако в консультативном заключении Большая коллегия Суда избрала формальный подход и заявила, что оценка соответствия колесных транспортных средств зависит от того, "выпускаются ли данные товары в обращение".

В частности, Большая коллегия Суда посчитала, что в пункте 2 Протокола под выпуском продукции в обращение понимается ее поставка, ввоз (в том числе отправка со склада изготовителя или отгрузка без складирования) с целью распространения на территории Союза в ходе коммерческой деятельности на безвозмездной или возмездной основе.

По мнению Большой коллегии Суда, из этого следует, что отсутствие у поставщика (лица, осуществляющего ввоз) продукции, входящей в единый перечень, в отношении которой действует технический регламент Союза, цели распространения этой продукции на территории Союза в ходе коммерческой деятельности не предполагает проверку продукции на соответствие требованиям технического регламента.

Полагаю, что данное мнение Большой коллегии Суда относится к тому, что в юриспруденции принято именовать "legal purism" (юридическим чистоплюйством), формальным толкованием, не учитывающим суть явления в его юридическом смысле.

Главное, что искажает содержание технических регламентов в прочтении Большой коллегии Суда, - это неюридический характер толкования: в заключении используются исключительно экономические понятия (коммерческая деятельность, обращение продукции и прочее). Все эти понятия в праве реализуются в юридической форме - сделка, гражданско-правовой договор. Иной формы оформления коммерческой деятельности не существует. Гражданское право всех государств - членов Союза не содержит исключений для дееспособных граждан на участие в гражданском обороте с целью заключения сделок в отношении источников повышенной опасности - колесных транспортных средств. Граждане имеют право их покупать и продавать. Суть вопроса лишь в том, могут ли они участвовать в сделках в отношении несертифицированного товара, не прошедшего процедуру оценки соответствия. Исходя из норм Союза о защите жизни и здоровья граждан Союза (пункт 1 статьи 52 Договора) ответ на этот вопрос должен быть отрицательным.

Большая коллегия Суда не учла, что граждане государств - членов Союза вправе ввозить на таможенную территорию Союза товары для личного пользования, впоследствии граждане также вправе вводить эти товары в гражданский (в экономическом смысле - коммерческий) оборот, то есть распоряжаться ввезенными товарами при участии в сделках (например, через договор дарения, купли-продажи и прочих).

Данная деятельность граждан будет отличаться от коммерческой деятельности индивидуальных предпринимателей и юридических лиц лишь масштабами, но юридическая суть этой деятельности одна - сделка, как правило, с целью получения прибыли (коммерческий оборот).

Если допустить изъятие части сделок из правового регулирования, на территорию Союза могут быть ввезены так называемые "единичные транспортные средства", то есть, например, ввозимые физическим лицом для собственных нужд (пункт 6 ТР ТС 018/2011). Поскольку в силу пункта 1 статьи 1 Договора в Союзе действует единый рынок товаров, впоследствии такие "единичные транспортные средства", ввезенные для личных нужд, могут быть перепроданы третьим лицам, например, в Российскую Федерацию, Республику Казахстан и другие государства - члены Союза, где могут проявиться негативные последствия ранее не выявленного несоответствия нормам технического регулирования. Как следствие, на общем рынке Союза появятся технические средства, опасные для жизни и здоровья граждан Союза.

Неюридическое толкование позволит не считать данную деятельность "коммерческой" или "предпринимательской" с точки зрения Протокола, но по гражданскому законодательству государств - членов Союза она будет именно такой (продажа с целью получения прибыли).

В конечном итоге буквалистское толкование может привести к изъятию и причинению вреда жизни и здоровью граждан и иных лиц. Для того, чтобы минимизировать риски наступления негативных последствий, Комиссия выработала специальную процедуру, которая описана в пунктах 68 - 71 ТР ТС 018/2011 и предполагает оценку соответствия "единичных транспортных средств".

5. Довод о том, что обязательная оценка соответствия "единичных транспортных средств" не может применяться, поскольку возложит существенное финансовое бремя на белорусских граждан и повлечет нарушение их права собственности, полагаю несостоятельным, поскольку в настоящем деле также поднимается вопрос о реализации государствами - членами Союза своих позитивных обязанностей в контексте неотъемлемого права на жизнь.

У государств - членов Союза существует обязанность не только воздерживаться от преднамеренного или незаконного лишения жизни человека (негативное обязательство), но также и обязанность принимать необходимые меры по охране жизни человека, находящегося под их юрисдикцией.

В то же время право собственности может быть ограничено в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Кроме того, право собственности не может умалять право государства обеспечивать выполнение таких норм, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов (статья 1 протокола 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года).

Соответственно, в данном случае нужно установить баланс между возможностью ввоза "единичных транспортных средств", влекущего необходимость оплаты деятельности аккредитованной испытательной лаборатории, и безопасностью жизни граждан. Такой баланс можно было бы найти в установлении бесплатной (дотируемой государством) процедуры оценки соответствия, если такую оценку лицо, осуществляющее ввоз, оплатить не может. Ввиду того, что отсутствие оценки соответствия в Республике Беларусь может повлечь взимание большего объема таможенных пошлин, данное регулирование могло бы достичь баланса между правом собственности и правом человека на жизнь.

Одновременно в случае отступления Республики Беларусь от правил, содержащихся в пунктах 68 - 71 ТР ТС 018/2011, и выявления того, что товары, ввозимые из одного государства - члена Союза, не прошли процедуру оценки соответствия, установленную Комиссией, другие государства - члены Союза вправе реализовать статью 29 Договора и применить ограничения в сфере взаимной торговли.

Итак, техническое регулирование входит в единую политику Союза, поэтому государства - члены Союза не вправе в одностороннем порядке устанавливать какие-либо изъятия в данной сфере. Комиссия обладает правом устанавливать (изменять) круг заявителей в ходе процедуры оценки соответствия, исходя из объекта технического регулирования. Безопасность продукции не может зависеть от статуса заявителя в ходе процедуры оценки соответствия.

 

Вывод:

 

1. Установление круга заявителей в ходе процедуры оценки соответствия входит в единую политику Союза и составляет компетенцию Комиссии.

2. У государств - членов Союза отсутствует право устанавливать изъятия из единых обязательных требований Договора и технических регламентов, принятых Комиссией, в зависимости от субъекта, ввозящего техническую продукцию.

 

Судья
Т.Н.Нешатаева

 

 

ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ ЧАЙКИ К.Л.
 
(31 октября 2019 года)

 

31 октября 2019 года Большой коллегией Суда Евразийского экономического союза (далее - Большая коллегия Суда) вынесено консультативное заключение по заявлению Евразийской экономической комиссии (далее - Комиссия, заявитель) о разъяснении пунктов 1 и 2 статьи 53 Договора о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года (далее - Договор) в их взаимосвязанном прочтении с абзацами 6 и 7 пункта 5 Протокола о техническом регулировании в рамках Евразийского экономического союза, являющегося приложением N 9 к Договору (далее - Протокол).

В соответствии с пунктом 1 статьи 79 Регламента Суда Евразийского экономического союза, утвержденного решением Высшего Евразийского экономического совета от 23 декабря 2014 года N 101, в случае несогласия с решением Суда или его отдельными положениями судья вправе заявить особое мнение при вынесении решения Суда.

Пользуясь предоставленным мне правом, заявляю особое мнение.

1. Анализ раздела X Договора "Техническое регулирование" свидетельствует, что содержащиеся в данном разделе статьи 51 - 55 определяют основы технического регулирования, его цели и принципы.

Пункт 1 статьи 51 Договора закрепляет принципы технического регулирования в Союзе, среди которых:

- установление в технических регламентах единых обязательных требований к продукции, включенной в единый перечень, в отношении которой вводятся обязательные требования в рамках Союза, утвержденный решением Комиссии Таможенного союза от 28 января 2011 года N 526 (далее - Единый перечень);

- применение и исполнение технических регламентов Союза в государствах-членах без изъятий;

- единство применения требований технических регламентов Союза независимо от видов и (или) особенностей сделок;

- единство правил и процедур проведения обязательной оценки соответствия.

Уяснение названных принципов, а также норм статей 52 и 53 Договора свидетельствует об отнесении регулирования общественных отношений в данной области к единой политике Союза.

1.1. Наднациональное регулирование общественных отношений в области технического регулирования обеспечивается абзацем 6 пункта 1 статьи 52 Договора, предусматривающим обязанность государств-членов не допускать закрепление в национальном законодательстве обязательных требований в отношении продукции, не включенной в Единый перечень, а также абзацем 1 пункта 3 статьи 53 Договора, устанавливающим запрет применения на территории государств-членов национальным законодательством обязательных требований к продукции, в отношении которой вступил в силу технический регламент Союза и завершено действие его переходных положений.

Исчерпывающий перечень продукции, выведенной из-под норм технического регулирования Союза, установлен абзацем 2 пункта 3 Протокола.

Логическое толкование пункта 1 статьи 51, пункта 1 статьи 52, пунктов 1 и 2 статьи 53 Договора обозначает, что создатели Договора связывают цель технического регулирования и, следовательно, проведения процедуры оценки соответствия исключительно с обеспечением безопасности продукции, независимо от особенностей сделки и вида деятельности, в связи с осуществлением которой продукция введена в оборот на территории Союза. Из изложенного следует, что любая продукция, включенная в Единый перечень и в отношении которой вступил в силу технический регламент Союза, должна соответствовать его требованиям, подтверждаемым в установленных процедурах и формах оценки соответствия.

Достижение заявленной в пункте 1 статьи 52 Договора цели защиты жизни и здоровья человека обусловлено только видом продукции и не зависит от субъекта, выпускающего продукцию в обращение.

Применение указанных подходов к обстоятельствам запроса Комиссии позволяет заключить, что позиция Большой коллегии Суда, согласно которой продукция, включенная в Единый перечень и в отношении которой вступил в силу технический регламент, но не предназначенная для использования в коммерческой деятельности, исключается из-под требований технического регулирования, не согласуется с правом Союза.

1.2. Абзацем 2 пункта 2 статьи 53 Договора установлена обязанность государств-членов обеспечить обращение продукции, соответствующей требованиям технического регламента Союза, на своей территории без предъявления дополнительных требований к такой продукции и без проведения дополнительных процедур оценки соответствия. Содержание данной нормы позволяет прийти к выводу, что введение единого технического регулирования в рамках Союза призвано содействовать обеспечению свободного движения товаров, а нормы технических регламентов должны толковаться в свете соответствующих положений Договора. Указанное подтверждается применением метода исторического толкования и обращением к Соглашению о единых принципах и правилах технического регулирования в Республике Беларусь, Республике Казахстан и Российской Федерации от 18 ноября 2010 года. Одной из целей единого технического регулирования устанавливалось углубление и ускорение интеграционных процессов, что неразрывно связано с формированием внутреннего рынка и свободного движения товаров.

В аспекте рассматриваемого вопроса следует, что продукция, ввезенная на территорию любого из государств-членов, свободно обращается на всей территории Союза, независимо от субъекта, который выпустил ее в оборот, и применительно к этой продукции должны быть обеспечены единые требования технического регулирования и ее безопасности.

2. В соответствии с правом Союза под единое техническое регулирование подпадает продукция, включенная в Единый перечень и в отношении которой Комиссией принято решение о ее техническом регулировании.

Исходя из пункта 29 Приложения N 1 к Регламенту работы Комиссии, утвержденного решением Высшего Евразийского экономического совета от 23 декабря 2014 года N 98, технические регламенты принимаются Советом Комиссии в форме решений. В соответствии со статьями 2 и 6 Договора, пунктом 13 Положения о Комиссии ее решения, имеющие нормативно-правовой характер, входят в право Союза и подлежат непосредственному применению на территориях государств-членов. Указание статей 2 и 6, подпункта 3 пункта 1 статьи 51, пункта 2 статьи 52 Договора, а также пункта 13 Положения о Комиссии, являющегося приложением N 1 к Договору, позволяет заключить, что технические регламенты имеют нормативно-правовой характер, входят в право Союза, обладают свойствами прямого действия и непосредственного применения, применяются и исполняются в государствах-членах без изъятий.

Контекстное толкование статей 2 и 6, 51 - 53 Договора, пункта 13 Положения о Комиссии, пункта 2 и абзаца 3 пункта 5 Протокола свидетельствует о создании в Союзе системы правоотношений в сфере технического регулирования, в рамках которой его основы предусмотрены статьями 51 - 53 Договора, а процессуальным аспектам технического регулирования посвящен Протокол. В свою очередь, Комиссия данными нормами права наделена полномочиями устанавливать требования к объектам технического регулирования в форме технических регламентов, а также определять формы, схемы и процедуры, в которых осуществляется оценка соответствия.

Абзацы 4 и 5 пункта 1 статьи 52 Договора устанавливают, что включение продукции в Единый перечень, а также утверждение порядка его ведения и формирования отнесено к исключительным полномочиям Комиссии. Подобное правовое регулирование наделяет Комиссию полной дискрецией по определению видов продукции, в отношении которой принимаются технические регламенты Союза. Данное обстоятельство, а также тот факт, что порядок разработки и принятия технических регламентов установлен не Протоколом, а абзацем 3 пункта 1 статьи 52 Договора, означает, что при реализации соответствующих полномочий Комиссия основывается на нормах статей 51 - 53 Договора и Протокола, но не ограничена положениями последнего, что позволяет ей дополнять правовые нормы, содержащиеся в первичном праве Союза. Данный вывод подтверждается абзацем 7 пункта 3 Протокола, предусматривающим, что в технических регламентах Союза с учетом степени риска причинения вреда могут содержаться специальные требования к продукции или к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования, производства, строительства, монтажа, наладки и эксплуатации.

Основываясь на данном подходе, считаю необоснованным вывод Большой коллегии Суда, согласно которому понятие "выпуск в обращение" связано исключительно с осуществлением коммерческой деятельности, а поэтому влечет неприменение норм технического регулирования в отношении продукции, предназначенной для использования в иных целях.

Применительно к сфере технического регулирования пункт 2 Протокола под продукцией понимает результат деятельности, представленный в материально-вещественной форме и предназначенный для дальнейшего использования в хозяйственных и иных целях. В свою очередь, выпуск в обращение представляет собой как поставку, так и ввоз продукции с целью ее распространения на территории Союза в ходе коммерческой деятельности. Соглашаясь с изложенной в консультативном заключении позицией об определении Протоколом порядка регулирования оценки соответствия продукции, подлежащей распространению на территории Союза в коммерческих целях, полагаю, что указанное не вводит запрет осуществления технического регулирования в отношении продукции, ввозимой на территорию Союза в иных целях (в том числе личных), включенной в Единый перечень и в отношении которой вступил в силу технический регламент Союза.

3. Из представленных Комиссией материалов следует, что неединообразная практика применения Технического регламента о безопасности колесных транспортных средств возникла в связи с непризнанием государственным органом Республики Беларусь физического лица, осуществляющего ввоз на территорию таможенного союза единичного транспортного средства для собственных нужд, заявителем при оценке соответствия в рамках наднационального регулирования в связи с его отсутствием в перечне заявителей в абзаце 6 пункта 5 Протокола.

3.1. Контекстное толкование пункта 3 статьи 51 и абзаца 3 пункта 5 Протокола означает, что полномочия по утверждению типовых схем оценки соответствия, на основе которых в технических регламентах Союза устанавливаются формы, схемы и процедуры оценки соответствия, предоставлены Комиссии. Уяснение данных правовых норм определяет, что, передавая вопрос технического регулирования на наднациональный уровень, государства-члены одновременно наделили Комиссию, как регулирующий орган Союза, полной дискрецией как по определению процедуры принятия технических регламентов, так и по установлению форм, схем и процедур оценки соответствия. Учитывая, что процедура оценки соответствия включает определение субъектов, являющихся ее участниками, данная правовая конструкция означает, что именно в технических регламентах устанавливается круг лиц, которые могут выступать заявителями соответствующей процедуры.

Абзац 7 пункта 5 Протокола содержит бланкетную норму, в силу которой круг заявителей при оценке соответствия устанавливается техническим регламентом Союза. Данная правовая конструкция предоставляет возможность регулятору, то есть Комиссии, установления в техническом регламенте в качестве заявителей при оценке соответствия не только юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, но и физических лиц, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя. Указанный вывод согласуется с изложенной в пункте 1.1 настоящего особого мнения позицией, согласно которой цель технического регулирования состоит в обеспечении безопасности продукции и не связана с особенностями ее использования в зависимости от наличия или отсутствия коммерческой составляющей в деятельности лица, которое вводит продукцию в оборот. Соответственно, если технический регламент устанавливает необходимость оценки соответствия продукции, используемой для личных нужд, физическое лицо не подлежит исключению из числа заявителей национальным законодательством или правоприменительной практикой.

3.2. В силу пунктов 3 и 4 Положения о Комиссии в пределах полномочий, предусмотренных Договором и международными договорами в рамках Союза, и в целях реализации международных договоров, входящих в право Союза, Комиссия осуществляет деятельность в сфере технического регулирования.

Из контекстного толкования пункта 1 статьи 52 Договора и абзаца 26 пункта 2 Протокола следует, что в целях защиты жизни и здоровья человека, имущества, окружающей среды, жизни и здоровья животных и растений Комиссия принимает технические регламенты, которые представляют собой документы, устанавливающие обязательные для применения и исполнения на территории Союза требования к объектам технического регулирования.

Анализ статьи 6 Договора, предусматривающей иерархию актов, составляющих право Союза, свидетельствует, что создатели Договора исходили из презумпции действительности международных договоров, входящих в право Союза, и решений его органов, включая решения Комиссии. Применительно к последним подобный подход означает, что решение Комиссии действительно до момента его отмены в предусмотренном Договором порядке. Данный вывод согласуется с правовой позицией Суда, изложенной в консультативном заключении от 7 декабря 2018 года по заявлению Комиссии. В названном акте Суд указал, что на государства - члены Союза возложена обязанность исполнять решения Комиссии, а при несогласии им предоставлено право обжаловать данные решения в установленном правом Союза порядке. Неисполнение решений Комиссии, вступивших в законную силу и не оспоренных в установленном порядке, не согласуется с Договором.

Использование данного подхода при толковании норм права Союза в области технического регулирования означает, что технические регламенты, принятые Комиссией в целях реализации Договора и Протокола как его неотъемлемой части, развивают нормы Договора и Протокола посредством их дополнения и уточнения. Технические регламенты являются действительными до момента их отмены в предусмотренном правом Союза порядке, а их нормы представляют собой специальное правило (lex specialis) по сравнению с общими положениями Договора и Протокола (lex generalis). В силу общепризнанного принципа международного права lex specialis derogat lex generalis именно специальные нормы подлежат применению при регулировании конкретных общественных отношений.

3.3. В соответствии со статьей 26 Венской конвенции о праве международных договоров каждый действующий договор обязателен для его участников и должен ими добросовестно выполняться.

Применение данного правила к обязательствам государств-членов в сфере технического регулирования означает недопустимость отказа от выполнения норм Договора и принятых в развитие его положений технических регламентов Союза.

Технический регламент о безопасности колесных транспортных средств вступил в силу, не отменен и не признан не соответствующим праву Союза.

Установление в Техническом регламенте о безопасности колесных транспортных средств перечня заявителей при оценке соответствия, включая физических лиц, осуществляющих ввоз транспортных средств для собственных нужд, означает недопустимость ограничения государством-членом права указанных лиц инициировать соответствующую процедуру.

Несоблюдение государством-членом правовых предписаний представляет собой неисполнение норм Договора о применении технических регламентов без изъятий и влечет создание технических барьеров, что приводит к возникновению препятствий при функционировании внутреннего рынка Союза.

Учитывая целевую направленность Технического регламента о безопасности колесных транспортных средств на обеспечение защиты жизни и здоровья человека при выпуске транспортных средств в обращение и нахождении в эксплуатации на единой таможенной территории Союза, отказ государства-члена от выполнения его норм в части форм и процедур оценки соответствия единичных транспортных средств, ввезенных и выпущенных в обращение на территории Союза физическими лицами для личных нужд, привел к обоснованному применению участниками Договора пункта 9 Протокола и пункта 103 указанного технического регламента, запрещающих постановку на государственный учет и эксплуатацию на дорогах общего пользования транспортных средств на их территории.

4. С учетом изложенного полагаю, что Большой коллегии Суда надлежало сформулировать ответ на вопрос заявителя следующим образом:

Взаимосвязанное толкование пунктов 1 и 2 статьи 53 Договора, абзацев 6 и 7 пункта 5 Протокола свидетельствует, что при оценке соответствия продукции, выпуск которой в обращение осуществляется с целью распространения в ходе коммерческой деятельности, заявителями могут быть только юридические и физические лица, имеющие статус индивидуального предпринимателя, зарегистрированные на территории государства - члена Союза в соответствии с его законодательством.

Абзац 7 пункта 5 Протокола является самостоятельной правовой нормой и наделяет Комиссию правом при оценке соответствия продукции устанавливать круг заявителей в зависимости от объекта технического регулирования.

 

Судья Суда Евразийского
экономического союза
К.Л.Чайка
  • Документ полезен? 0 m n 0
'
Комментарии
Добавить комментарий
Добавить
Нажимая кнопку «Сохранить», я даю свое согласие на обработку моих персональных данных свободно, своей волей и в своем интересе. С Политикой обработки персональных данных ООО «Альта-Софт» ознакомлен и согласен.
Нет комментариев
Мы будем рады любым предложениям и замечаниям по работе и содержанию сайта www.alta.ru.
Помогите нам стать лучше!
Нажимая кнопку «Сохранить», я даю свое согласие на обработку моих персональных данных свободно, своей волей и в своем интересе. С Политикой обработки персональных данных ООО «Альта-Софт» ознакомлен и согласен.